– Твоей пенсии не хватит даже на блок…

– Хватит, – остановила Рита разгорающуюся ссору, – предлагаю подняться наверх. Катка, я в туалет хочу!

– Артем, – приказала Луиза, – бери коричневую сумку.

– А почему я? Я понесу свои вещи, шмотки сама тащи.

– Ты че, не врубился, я сказала, бери!

– Мам, пусть отстанет.

– Замолчите, оба! – вмешалась Ангелина Дормидонтовна. – У меня голова от вас раскалывается… поэтому я ничего нести не буду.

– Ба, так нечестно!

– Сделайте скидку на мой возраст.

– Скидки тебе сделают на том свете, давай, бери свои нафталиновые вещи.

– Рита! Ты слышала, нет, ты слышала, как она со мной разговаривает? Хамка, чистой воды хамка! Я старая больная женщина, у меня спина болит, ноги отнимаются, голова кружится!

– А когда неделю назад ты бежала из кухни смотреть сериал, меня чуть с ног не сбила, броненосец «Потемкин».

– Марго! – прогремела мать. – Скажи своей невоспитанной дочери пару ласковых, а не то я скажу! Ты знаешь, я женщина старая, мне терять нечего, таких пендюлей навешаю!

– Прекратите, давайте наконец двигаться.

Катарина попыталась подхватить неподъемный чемодан.

– У вас там камни?!

– Пашкины бумаги.

– Однако, похоже, его бумаги весят целую тонну…

Началось сорокаминутное перемещение, сопровождавшееся постоянными пререканиями Луизы с бабушкой, недовольными возгласами Артема и тихими вздохами Ритки. Но вот вещи оказались в квартире, и встал вопрос: кто, где, а главное, с кем будет обитать?

– Ритунь, у вас с Пашкой большая комната, остаются еще две, сами разбирайтесь, кому какая.

– Я предупреждаю сразу: буду жить в комнате одна, – сказала Луиза.

– А я, – заныл Артем, – мам, я что, должен жить в комнате с бабушкой?

– Нет, мы поступим следующим образом: бабушка поселится с Луизой…

– Мама!

– Не «мамкай», мы в гостях, ведите себя соответственно, это и тебя касается, мама.