Множество морщинок в уголках глаз и черные, сплетенные в восемь косичек волосы. На первый взгляд женщине можно было дать лет тридцать. Магичка была облачена в длинное, до пят, простое темное платье. На шее женщины висели костяные бусы и разнообразные медальоны явно магического действия — черный с белыми крапинками камушек, желтая гладкая косточка, неровная медная звездочка. На тонких руках — тяжелые костяные браслеты с вязью рун, на указательном пальце левой руки — серебряное колечко. Видавший виды походный мешок лежал у ее ног. Капитан с тихим остервенением досчитал до пяти. Сегодня был явно, не его день. Посмотрел волшебнице в глаза. Все тот же вызов, любопытство и… капелька страха. Кажется, до нового члена команды стало доходить, на какой корабль ей довелось попасть.

— Том, захлопни пасть, — бросил шкипер, и мастер-канонир закрыл рот, громко щелкнув зубами.

Этот звук заставил говорить всех разом. Весь смысл поднявшегося галдежа сводился к тому, что женщина на корабле — это не к добру. Молчали только фруане. Бельфлер, как всегда, лишь иронично улыбался да изредка подносил к носу надушенный шелковый платочек. Мастеру квартердека не было никакого дела до глупых людских предрассудков.

Шкипер набрал в грудь воздуха и рявкнул, разом прекратив птичий базар:

— Хватит разговоров! У вас что, дел нету?! По местам!

Команда разом занялась своими прямыми обязанностями. Ещё не хватало того, чтобы суеверные моряки нагнали на себя страху из-за бабы. Неуверенность в открытом море — прямой путь на дно… или на рею.

— Госпожа…

— Льнани.

— Госпожа Льнани, позвольте поприветствовать вас на борту «Хапуги». — Несмотря на свое недовольство, шкипер старался держаться с волшебницей вежливо. — Я Гулли ван Шайрх. Гулли Ветер. Капитан этого корабля.

Едва заметный наклон головы.

— Думаю, вам следует немного отдохнуть. Через час приглашаю вас в свою каюту, на поздний ужин. Там и заключим контракт.