— Неприятности.

— Пока еще нет. — Бельфлер задумчиво теребил одну из золотых пуговиц своего камзола. — Но будут. Сегодня странный день. Вначале ваш приказ, потом эта женщина. Команда в недоумении. Вы приняли заказ без предварительного обсуждения с экипажем и…

— Месье Бельфлер, — Гулли устало прикрыл глаза, — я уже пятнадцать лет командую ребятами. Разве когда-нибудь я что-нибудь делал во вред своим?

— Нет, мой капитан. Вы всегда чтили законы берегового братства, и, насколько я знаю, недовольных на шхуне нет. Просто у всех такая спешка вызвала явное недоумение. Заказ стоит этого?

— Вполне, — бросил Гулли. — Потерпите до ужина, я все вам расскажу.

Бельфлер внимательно посмотрел на шкипера и отвесил вежливый поклон.

— Вы капитан.

Ужин был замечательным. На этот раз Сковородка превзошел самого себя. Гулли ценил кока именно за то, что тот мог в самые кратчайшие сроки приготовить из самых простых продуктов настоящие произведения кулинарного искусства. А хорошая и разнообразная еда во время долгого плавания — это то, что прекрасно поддерживало моральный дух разношерстной команды «Хапуги».

Если не считать чавканья Тома, ужин проходил в полном молчании. Все офицеры заняты едой, и им было не до разговоров. Точнее, они опасались разговаривать, сидя за столом с незнакомым человеком. Присутствие волшебницы укоротило языки говорливых наемников.

Гулли откинулся на спинку стула и из-под полуприкрытых век лениво оглядел свое воинство. Едва заметно усмехнулся. Забавное зрелище. Каждый из офицеров явился на вечерний ужин при параде, явно решив пустить пыль в глаза как своим товарищам, так и гостье. И каждый из них старательно делал вид, что столь яркую и богатую одежду они носят ежедневно. Даже Том, вечно щеголявший в драной, пропахшей потом и порохом рубахе, извлек из своего сундучка шелка и повязал на голову ярко-красный платок.