— Пока в наличии только один, — сказал Демин. — Кстати, ученые люди утверждают, что смерть наступила от удара по голове твердым тупым предметом. Не исключается молоток.

— Дальше, — бросил Рожнов, нависнув над столом.

— У остальных пострадавших такие же травмы.

— Все?

— Сегодня утром в больницу позвонил неизвестный, назвался родственником пострадавших.

— Что ему было нужно?

— Весьма настойчиво интересовался их самочувствием.

— Понимаю, — кивнул Рожнов. — Он правильно рассудил — или они будут жить, или он... Они в состоянии разговаривать?

— Они ничего не в состоянии делать. Как я понимаю, туда нужно направить нашего человека?

— Обязательно. Что ты намерен делать дальше?

— Подробный допрос всех, кто имеет какое бы то ни было отношение к потерпевшим. Соседи, родственники, сослуживцы, друзья и подруги.

— А сейчас?

— Повторный выезд на место происшествия для более тщательного осмотра.

— Тяжело тебе придется... После пожара искать следы...

— Потребуется оперативная группа в полном составе.

— Кроме собаки, — усмехнулся Рожнов. — Там вчера столько следов оставили, что всей нашей псарни будет маловато.

— Да, и дежурного в больницу, — напомнил Демин.

— Уже записал, — ответил Рожнов. — Два оперативника, с которыми ты вчера работал, остаются за тобой. Если еще понадобятся, будем подключать походу дела.

3

День был солнечный, ночной ледок на дорогах подтаял, и ручьи неслись деловито и радостно, посверкивая солнечными бликами, бесстрашно ныряя в канализационные решетки, уверенные, что все равно вынырнут на солнечный день, снова увидят солнце, но уже за пределами суматошного города, среди полей и лесов, где нет бензиновых разводов, и отражаться в них будут не каменные громады, а синее небо и заждавшиеся тепла деревья.