--Почему бы и нет,-- ответила та.-- Ученые говорили, что воскрешение станет возможным для человечества лет через сто, а может, и раньше. Конечно, для подобной процедуры потребуются определенные устройства, записывающие молекулярное строение и структуру электромагнитного излучения человека. Ученые утверждали, что когда-нибудь появление таких приборов станет возможным. И тогда, используя подобные записи, можно будет при помощи преобразователя энергии воспроизвести мертвого человека. Теоретически все это возможно.

--Да, но так можно только воспроизвести, а не воскресить,-возразил Кельвин.-- Это будет уже не тот человек, который умер.

--Но сам он будет думать, что это он и есть.

--Ну, и что в этом хорошего?

--Откуда я знаю, что думают сверхсущества своими суперумными мозгами? Знаешь ли ты, например, какая участь уготована тебе Господом?

Весь этот разговор ужасно разозлил Кельвина, а ему не хотелось злиться.

--Давай лучше прекратим эту болтовню и побережем силы,-сказал он.

--Кстати,-- опять заговорила Дана,-- а какой смысл в двух воскрешениях или в тысячелетии между ними? Зачем понадобилось запирать Сатану на тысячу лет, а затем освобождать, чтобы он смог возглавить язычников в новой битве с христианами? Только для того, чтобы снова упрятать его и учинить Страшный суд?

Кельвин не ответил, и его спутница также надолго замолчала. Через час они спустились с разрушенных холмов и увидели белого жеребца, жующего какую-то длинную коричневую траву, проросшую сквозь крошечные трещины в скалах. Медленно приблизившись, Кельвин осторожно позвал животное. Но конь, подпустив их на расстояние сорока футов, рысью пустился прочь. Кельвин поднял ружье -- нельзя было позволить убежать такому количеству мяса, а шансы поймать коня позднее были слишком невелики.

--Не стреляй! Я поймаю его,-- вскрикнула Дана Вебстер и громко позвала жеребца.