— Я похож на перерожденного?
— Нет, — но они мастера такое скрывать, а я не птица стража — нет у меня чутья на исчадия Тьмы.
— Хорошо. Давайте считать, что я перерожденный, если вам так удобнее.
— Святые защитники! Спасите и…
— Стоп! В другой раз помолитесь! Пока что давайте, рассказывайте: что нам здесь грозит?
— Дан — я хочу верить, что вы старый Дан. Не шутите так. Пожалуйста. А что грозит… Если карающие решились на подобное, то таких как мы оставлять в живых им не с руки. Не дадут нам до суда дожить — суд ведь и оправдать может, особенно если Кенгуд всерьез разозлится на них за самоуправство. Когда все узнают, что Цавус велел покалечить стража полуденного, да еще не кого попало, а именно вас… Вы ведь, как ни крути, герой теперь здешний — вывели почти всех из места гиблого, да еще и погань при этом хорошенько потрепали. Военные, после боя, почти сразу набег на Мальрок начали затевать — замок проклятый без защиты ведь остался. Ну или ослабла его защита сильно. С мелочью разной они легко управятся — это ведь не настоящие перерожденные. И за это вас благодарить надо — все вы сделали. Так что здесь вам почет и уважение, а с орденом вашим тоже ссориться Кенгуду не нужно — неподсудны ведь вы. С карающими, конечно, тоже надо осторожно себя вести, вот только нет у них здесь великой власти — не стоило Хорьку без суда увечья вам причинять. Будь вы простым мещанином или дворянином из мелких, еще куда ни шло, а страж полуденный совсем другое дело. Нет, Дан — не выпустят нас карающие. Буду удивлен, если рассвет следующий увидим. Им надо нам быстрее рты позакрывать, пока мы жаловаться не начали на такое самоуправство. А жаловаться мы только утром начнем, когда смотритель пройдет с обходом — покажете ему ноги, и все доложите. Тут-то и начнется сразу. Но сейчас вечер, и никого кроме надзирателей здесь не будет. Удобный момент, чтобы успокоить нас.
Епископу я поверил сразу: в таких вопросах ему можно доверять безоглядно — опытный сиделец. Да и объяснил все очень логично — в сжатой и понятной форме. Ну что ж — выход у нас один: