Он замолчал, вытирая затылок, а в редакции поднялся возбужденный гвалт. Всеобщую звуковую волну перекрыл мой пронзительный вопль, идущий от самого сердца:

– Можно это сделаю я!!! Можно я, я, я возьму у него интервью?! Он мой кумир!

Оглохший коллектив замолк, впечатленный столь громким проявлением чувств, даже Тина Олеговна не стала вставлять свои ядовитые шпильки, а просто криво усмехнулась – другого такого момента, чтобы она просто промолчала, кажется, ещё не бывало.

– Да, Сена, можно, – не долго думал Шеф. На его круглом добродушном лице явно читалось, что другой подходящей кандидатуры на взятие интервью всё равно в редакции нет и не предвидится. – Возьмешь диктофон и фотоаппарат, вдруг случится чудо и он разрешит себя сфотографировать. И запиши его телефон, предварительно созвонись обязательно, уточни место и время.

Домой добиралась на автопилоте, с мечтательной улыбкой на блаженной физиономии, ничего и никого не замечая вокруг. Похоже, мечты и впрямь умеют сбываться… галерея моих портретов и французское шампанское приобретали осязаемые формы…

Прежде чем вести на прогулку Лавруху, позвонила Тае, так сильно не терпелось поделиться сногсшибательной новостью.

– Тая, ты представляешь, что сегодня случилось?! – страстно задышала я в трубку, услышав ее голос.

– Боже, что у нас опять плохого?

– Ничего, у нас все отлично!

– Тогда перезвони попозже, я только домой зашла, голодная, как сто людоедов!

– Я не могу попозже! Мне сейчас надо! Я буду брать интервью у самого Марка Лессера!

– У Марка Лессера? А кто это?

Нет, ну что такое, а? Сговорились они что ли, мерзавцы?!

– Известный художник! Похож на Дракулу в молодости!