- Мы должны отложить вылет! - кричал Керски: лицо его пошло красными пятнами. - Да ты вообще слышишь, что я говорю?!

- Успокойся, - сказал Харрис. - Боюсь, ты неспособен здраво оценить ситуацию. Мы сделали все, что было в наших силах. Ньюком погиб. Какая польза от того, что мы найдем его изувеченное тело?..

Керски не дал ему договорить:

- Мы должны найти его, даже если на это уйдут недели!

- Срок вылета определен, - терпеливо сказал Харрис, пытаясь придать своему голосу теплые нотки. - Мы не можем ставить на карту возвращение на Землю - и собственную жизнь.

- Если вылет назначен на завтра, я с вами не полечу, ответил Керски.

- Сумасшедший! - не удержался Харрис. - Ты намерен меня шантажировать? Мы все равно не оживим Ньюкома.

- Не оживим, - повторил Керски; казалось, он обрел спокойствие. - Но я хочу с тобой поделиться. Дело в том, что первое время я не мог думать ни о чем другом - только о том, как он лежит там, внизу, изуродованный, холодный. Я хотел лишь одного - достать его оттуда. Но мало-помалу мне стало ясно, что я отнюдь не бескорыстен и делаю все это отнюдь не ради Ньюкома. Я задавал себе вопрос, как вообще могло случиться с Ньюкомом подобное несчастье. Компьютер контролирует каждое наше движение. Зондовый аппарат оснащен радаром и геосонаром. Ньюком должен был заметить, что слой породы тонкий, а под ним пустота. Почему он этого не заметил? Если мы не выясним причину, с нами завтра может случиться то же. Вот почему нам нельзя вылетать. Мы должны продолжить поиски, и ты мне в этом поможешь.

Харрис посмотрел на него снизу вверх: Керски, прежде чем попасть на корабль, тоже прошел суровую подготовку - хотя и не столь суровую и продолжительную, как он, - тоже научился сдерживать себя и рассуждать логически. Все, что он сейчас говорил, было вполне обоснованным. И тем не менее в его рассуждения вкралась ошибка, хотя он не знал, какая именно.