Затем извлекает оттуда предмет, назначение которого сначала представляет для меня загадку, но при ближайшем рассмотрении я признаю в нем вставную челюсть. Она вводит ее в свой хлебальник, неудачно пытается сделать подгонку на месте, снова вытаскивает, берет пипетку, смазывает шарниры, подкручивает опорные клыки, после чего победоносно водворяет на место свою сосисколовку. Ее красноречие возрастает процентов на восемьдесят, по крайней мере, на протяжении первых произнесенных ею фраз.

- Она мне мешает,-говорит она,-я вставляю ее только для рассговора. Фы по какому делу? Директор еще не ферцулся.

- Он назначил мне встречу.

- Если фы хотите еще что-то добавить:но тут ее челюсть заклинивает, и она застывает с открытым ртом. Я стыдливо отвожу глаза, чтобы не предаться созерцанию ее трусиков. Отважная секретарша при помощи разрезного ножа для бумаг извлекает свой механизм для первичной обработки артишоков. Затем она пытается метать громы и молнии по поводу несговорчивой челюсти, но ей удается лишь жалкое шипение, и я полностью теряю к ней интерес.

Я жду четверть часа, полчаса, час, что в целом составляет где-то около шестидесяти минут и потихоньку начинаю дохнуть от скуки.

Не подумайте, что мне требуется зал ожидания с кондиционером, но эта мансарда с беззубой старушенцией, которая перепечатывает телефонный талмуд, чтобы убедить меня в сверх занятости своей конторы, наводит на меня беспросветную тоску. Не знаю, где эти братцыподлегавцы отыскали секретаршу, но это нечто умопомрачительное!

К семи часам старушка начинает пасти на свои водопылебеспрецедентные бочата марки "Луп-луп".

- Если вы хотите уйти,-спешу ей предложить я,- не стесняйтесь. Я друг Пино, и вы можете на меня полностью положиться. Но для нее долг превыше всего! Она качает головой. Чтобы развеять ее сомнения, я предъявляю свое полицейское удостоверение.

- Теперь вы можете не сомневаться, красавица. Я комиссар СанАнтонио.