Это повторялось изо дня в день: он просыпался, съедал все, что приносил Заносчивый, и снова засыпал. Но вот периоды сна стали становиться все короче, и наконец в начале третьих суток Сэм почувствовал, что выспался.

Он принял душ, надел новый кожаный костюм и закурил свою первую за несколько месяцев сигару. Затянувшись, Сэм решил, что сигара немного сладковата. Но, сладкая или нет, сигара была бесплатной, так что черт с ним, со вкусом! Мак-Кейд устроился в удобном кресле и послал к потолку длинную и тонкую струйку дыма.

Заносчивый выдвинул из своего корпуса детектор чистоты воздуха и, уловив какие-то примеси, стал разбрызгивать дезодорант. Как и у большинства роботов военного назначения, его форму определяла только функциональная пригодность, поэтому внешне он был похож на ящик с колесиками.

- Прошу прощения за запах, сэр, - принес он свои извинения. - Если у вас есть жалобы, я извещу об этом корабельный центр контроля чистоты воздуха.

- Спасибо, Заносчивый, - улыбнулся Мак-Кейд, - не стоит! Мне нравится этот запах. Поэтому-то я и жгу эти штуки.

- Я понял, - ответил робот, хотя было ясно, что он ничего не понял.

Раздался сигнал видеофона внутренней связи, и его экран засветился. Свонсон-Пирс был сама безупречность: на черной, как сам космос, форме выделялись лишь золотые звезды, обозначающие его звание.

- Наконец-то ты пришел в себя, - сказал он вместо приветствия. Однако одетым ты смотришься лучше.

- И в одежде теплее, - ответил Мак-Кейд. - Спасибо, вы пришли на суд вовремя и были самыми лучшими свидетелями защиты!

- Не стоит благодарности, я был рад оказаться там, - искренне ответил Свонсон-Пирс, и Мак-Кейд знал, что это - чистая правда. Они знали друг друга давно, но их отношения можно назвать какими угодно, но только не дружескими. Поэтому видеть униженного и голого Мак-Кейда в зале суда для Свонсон-Пирса было воплощением мечты, счастливым случаем, воспоминание о котором он пронесет через года.