- Инкубатор... - поправила его Симона.

Шар еще раз коснулся поверхности, и еще горсть икринок застыла в призме.

- Симона права! - сказал Геннадий.

Шар поднялся к выбитой шибке, задержался, словно прощаясь или желая что-то сказать. <Кажется, усмехнулся>, - заметит после Самдар. После когда все станет ясным. Сейчас все следили за молнией и хотели лишь одного: Уйди.

Шар ушел, словно растворился в воздухе.

Зажегся свет.

- Пронесло! - вздохнули картографы.

Заговорили наперебой:

- Что это было?

- Празднество?..

- Ничего подобного не видела в жизни, - говорила Симона. - Ничего подобного!

Наклонилась над картой.

- Ребята!.. - отшатнулась, лицо ее побелело.

- Что с тобой? - кинулись к ней.

- Карта... - шепотом произнесла Симона, опустилась на стул.

Карта была другой. Названия, придуманные горам, холмам, были другими, горы вместо Алмазных назывались Тахее, холмы из Пологих превратились в Баата. То же самое с ручьями, лесом. Только река со странным названием Аунауна так и осталась - Аунауна...

- Это сделал шар?..

Люди, не дыша, сгрудились вокруг карты.

- Шар?.. - спрашивала Симона.

Фаготин шагнул к сейфу, распахнул дверцы. Выхватил атлас - руки его дрожали, швырнул на стол. Все названия в картах - до единого - были изменены.

- Электронная жизнь, - сказал Геннадий. - Вот кто хозяин планеты - не мы!

Василий шумно вздохнул, Самдар повернулся к окну:

- Силы небесные!..

За окном была ночь - черная и чужая. Зигзаг расколотого стекла блестел росчерком, перечеркнувшим работу и присутствие людей на планете.

- Еще!.. - указала Майя на титульный лист, до которого добралась, перелистывая страницы атласа.

На первом листе осталось слово НАДЕЖДА - единственное, написанное по-русски. Исчезла только большая буква в начале слова - стояла маленькая!..