Отказ от излюбленной 'методики общения' дался ей весьма тяжело, однако это было вызвано насущной необходимостью. Несмотря на всю свою природную злобность, София вовсе не желала смерти никому из своих спутников и окружавших её разумных. По крайней мере, не желала в те моменты, когда её не распирал очередной приступ злобы. А рукоприкладство в её исполнении, нынче могло закончиться весьма трагически.

  Основания для подобной осторожности у нее имелись весьма убедительные. Небольшое происшествие, случившееся на подходе к поселку, заставило её очень тщательно следить за проявлениями своего характера. Когда София, в очередной раз пребывая в весьма раздраженном состоянии, чтоб хоть чуть-чуть сбавить градус накопившейся в ней злобы, от души врезала по немалых размеров дереву, невольно добавив в наносимый удар мизерную часть распиравшей её энергии, случилось странное. Громкий звук, напоминающий тот, который издает, вспыхивая, разлитая лужица бензина разнесся по пустоши и легкий пепел осыпал ошарашенную девушку. На месте немалых размеров дерева после её удара находилась лишь небольшая ямка с оплавленными невероятным жаром стекловидными краями.

  После этого происшествия, София начала очень тщательно следить за собой, изо всех сил сдерживаясь, когда на неё в очередной раз накатывал приступ дурного настроения, позволяя себе в качестве небольшой разрядки только, и исключительно, словесные выпады.

  - Вполне. Благодарю вас. - Вернул её к реальности спокойный голос председателя Совета старейшин. - Что ж. Должен сказать, что совет форта Эстах не может, попросту не имеет права принимать какое-либо решение по этому вопросу. Он касается всех людей