– Нельзя ли переговорить с миссис Генриеттой Бакли?

– Слушаю вас, – отвечала я.

– А, простите за беспокойство, миссис Бакли. Мы с вами не встречались. Но я увидел ваше объявление в последнем выпуске “Генеалогического журнала”...

– Вот как? – Мое недовольство мигом улетучилось. Впервые за все время кто-то откликнулся так быстро.

– Да, – сказал он. – Я наткнулся на упоминание об Эуфимии Барбер. Мне думается, это может быть Эуфимия Стовер, которая вышла за Джейсона Барбера в Саванне, Джорджия, в 1791 году. Джейсон Барбер – мой прямой предок по материнской линии. У Джейсона и Эуфимии был только один сын – Эбнер, от которого я и происхожу.

– Так, – сказала я, – видимо, у вас имеются весьма подробные сведения.

– О да, – подтвердил он, – моя фамильная схема почти завершена. На двенадцать поколений, так-то. Не уверен, сумею ли продвинуться дальше. Вы ведь знаете, английские метрики до 1600 года такие неполные.

– Ну, разумеется, – согласилась я. Признаться, он меня поразил. Двенадцать поколений! Это было самое грандиозное древо из тех, которые я знала, хотя я и читала о людях, доводивших отдельные свои ветви до пятнадцатого колена. Но столкнуться самой с человеком, проследившим свою родословную на дюжину поколений!

– Может, нам стоило бы встретиться, – предложил он, – я передам вам сведения об Эуфимии Барбер. У меня еще есть в одной ветви какие-то Маршаллы – может, это тоже вам пригодится. – И он рассмеялся очень приятно, напомнив мне моего покойного мужа, Эдварда, когда тот бывал особенно чем-то доволен. – И разумеется, – добавил он, – есть шанс, что у вас имеется что-то полезное по Маршаллам для меня.

– Что ж, прекрасно, – сказала я и пригласила его к себе на другой же день.

Назавтра, за полчаса до прихода Джеральда Фолкса, я что-то разволновалась и решила немножко привести себя в чувство из опасений показаться впадающей в детство, как можно было заключить по моему поведению перед этим визитом.