Приходил в себя он долго. Боли и на этот раз не было, однако ясность мышления вернулась нескоро. Дракону пришлось напрячь всю волю, чтобы приблизиться к мертвецу.

— Я мертв! — потрясенно проговорил он, осмотрев изуродованную голову погибшего. — Я мертв! Но как это возможно?!

Ответа он не ждал. И не получил. Но прошло около часа, прежде чем дракон позволил своей памяти включить механизм логического анализа.

«Я погиб. Я — мертв! И тем не менее я мыслю. Но значит ли это, что я существую?! Уже не уверен… Кто же я такой? Привидение? Душа без тела? Другой дракон, внезапно получивший мою память? Надо проверить…» — он поднял камень и задумчиво посмотрел на сверкающее черными бликами крыло. Только сейчас дракону пришло в голову, что он видит в темноте.

Страх вернулся. Хотя на этот раз он был лишь тенью кошмара, загнавшего беглеца в пещеру. Дракон решительно тряхнул головой и сильно ударил камнем по перепонке.

Камень пролетел насквозь, ни на миг не задержавшись. Беглецу пришлось опуститься на скалу. Ноги отказались его держать.

— Привидение, — тихо произнес молодой дракон. — Я призрак. Но почему я могу манипулировать материей?! А летать? Могу ли я летать?…

Он взмахнул крыльями и взмыл к своду пещеры. Воздух прекрасно отталкивался от перепонки, и это окончательно уверило дракона в факте загробной жизни. Как известно, привидения не подчиняются логике.

Три часа спустя первичный шок уже прошел. Дракон медленно брел по берегу подземной реки, размышляя над невероятным открытием. Тогда он и увидел Змея первый раз.

Змей лежал поперек течения, положив громадную плоскую голову на каменистый берег. Вода протекала прямо сквозь мощное туловище рептилии, и дракон сразу понял — перед ним очередной призрак. Он замер перед Змеем, отчаянно надеясь что тот разумен и сумеет объяснить хоть что-нибудь.