Эта часть берега не имеет пляжей; с корабля она видна как узкая темная полоска и совсем не верится в почти полукилометровую высоту базальтовой стены.
В десятке метров от края пропасти скользит черная, пропитанная солнечным жаром дорога; она течет прямо, все время чуть поднимаясь к небу. Машин здесь немного, людей – тем более. Кое-где вдоль обрыва стоят черные металлические кресты: это память о тех людях, которые когда-то закончили здесь свою жизнь – автомобильная авария, неосторожность, любопытство, желание покончить со всем, да мало ли что еще?
С той ночи прошло четыре года. Время, безжалостное ко всему, переплавило его из гения в обычную человеческую форму.
Сейчас у него был свой дом, семья, две дочери – милые солнечные малышки. Ни один из его опытов с колдовством больше не удался, и он постепенно забыл об этом заблуждении молодости. Сейчас его жизнь была проста и понятна; сейчас он ехал домой; сейчас ничего не могло случиться.
Мотор отказал внезапно.
Он не успел испугаться.
Машина, вдруг потеряв управление, начала скользить в сторону ярко-синей стены моря и неба, разгоняясь с каждым метром. В последнее мгновение он прыгнул и упал на острые камни. Он лежал на груди, чувствуя жар и боль каменных колючек, прислушиваясь, пытаясь услышать шум упавшего в пропасть автомобиля. Но не услышал – слишком высоко.
Потом он подошел к краю. Ветер дохнул в лицо – ветер, пахнущий сиренью и солью. У самого края черный крест, под ним гранитная плита с фотографией девушки – той, чьи глаза невозможно сравнить ни с чем, кроме моря.
Он замер.
Все эти годы он надеялся, что Анна счастливо живет где-нибудь, возможно, иногда вспоминая о нем. Он всегда гордился тем, что не вмешался тогда в чужую жизнь.
Он наклонился и, вздрогнув в душе, прочел надпись:
АННА Н. 5 ИЮНЯ 19…г.
Ее жизнь оборвалась здесь, на этом месте, четыре года назад, всего через несколько часов после его слов: "Я больше не хочу видеть Анну". Конечно, после этого он уже не мог встретить Анну. Она была убрана просто и быстро. Последняя проверка удалась. Последнее доказательство существования той слепой силы, которая служила ему когда-то.