Было больно и одиноко, и Климов в скорби своей простер руки к потолку и взмолился:

- Господи, если ты есть, отзовись, поговори со мной!

Сверху доносились чьи-то шаги, и вдруг в самом деле он отчетливо услышал голос с той стороны потолка:

- О чем мне с тобой разговаривать?

- Хоть о чем, - сказал удивленный Климов. - Можно о погоде.

- Погода хорошая, - ответил тихий старческий голос сверху. - Она всегда хорошая. Если где-нибудь дождит, то в другом месте солнечно. А за облаками и подавно - всегда полная ясность.

- Там холодно, - пожаловался Климов. - Там можно попасть под самолет.

- Ерунда, - ответил тот, - главное - одеться потеплее и смотреть по сторонам. Зато просторно!

- Так ты Бог? - спросил Климов, не веря.

- Бог его знает, - ответил тот. - Может, и так. Не все ли равно.

- А конкретнее? - не унимался Климов.

- Тогда не Бог.

- Значит, ты - черт! - уверенно сказал Климов и отвернулся к стенке.

- Ну вот! - огорчился другой. - Что за глупый подход! Ты что, христианин?

- Кажется, нет, - осторожно сказал Климов, опасаясь подвоха. По-моему, я атеист.

- Тем более. Атеист, а говоришь глупости. Я - твой сосед сверху. Всего-навсего.

- А почему я тебя так хорошо слышу? - заинтересовался Климов.

- Акустика, - вздохнул сосед. - Думаешь, только у древних строителей были свои тайны? Между нашими комнатами есть узкий звуковой коридор. По нему можно разговаривать друг с другом. А ты сразу в мистику ударился! Для таких, как ты, всегда или Бог, или черт, или черное, или белое, или доброе, или злое, а середка - никогда. Дуалист дихотомический. Задрипанный к тому же.

- Да нет! - воспротивился Климов. - Между Богом и чертом тоже есть середка - ангелы. Меня мама в детстве ангелочком называла.

- Ясно, - сказал сосед. - Ты любишь самого себя. Так бы и сказал.