Еще один пулемет был установлен на передней платформе под команду Хендри. От майора-интенданта Брюс получил три переносные радиостанции. Одну он отдал машинисту, вторую - Хендри, третью оставил на своем пункте. Связь была удовлетворительной. Было почти двенадцать часов, когда закончились все приготовления. Брюс повернулся к сидящему рядом с ним на мешках Раффи.

- Все в порядке?

- Все в порядке, босс.

- Сколько человек не хватает? - Брюс по опыту знал, что кто-нибудь обязательно отсутствует.

- Восемь, босс.

- На три больше, чем вчера. Значит у нас всего пятьдесят два человека. Думаешь они ушли в джунгли?

Пятеро его людей дезертировали с оружием в день заключения перемирия. Несомненно они примкнули к одной из банд, бесчинствующих вдоль основных дорог: устраивающих засады, избивающих путешественников, которым повезло, убивающих тех, кому повезло меньше, насилующих женщин.

- Нет, босс, я так не думаю. Эти трое хорошие ребята. Сидят в каком-нибудь борделе, веселятся. Думаю, просто потеряли счет времени, Раффи покачал головой. - Всего полчаса и я их найду. Зайду в центре города в пару заведений. Попробовать?

- Нет времени с ними возиться, если мы хотим попасть на узел Мсапа до темноты. Найдем их, когда вернемся. "В какой еще армии так легко относились к дезертирству со времен Бурской войны", - подумал Брюс.

Он взял в руки передатчик.

- Машинист!

- Да, месье.

- Трогаемся и очень медленно подъезжаем к посту ООН. Останавливаемся, не доезжая.

- Да, месье.

Они выкатились с товарной станции, постукивая на стыках, оставили позади промышленную зону и пост армии Катанги, выехали в пригород. Далеко впереди Брюс увидел позиции ООН и почувствовал первые признаки беспокойства. Пропуск, лежащий у него в нагрудном кармане был подписан генералом Рии Сингхом, но даже в начале войны приказы индийского генерала не исполнялись ни суданским капитаном, ни ирландским сержантом. Прием, видимо, будет оказан исключительный.