- Когда мы уезжаем?

- Локомотив и пять вагонов подадут к товарной станции завтра рано утром. Мы максимально быстро грузимся и уезжаем. - Брюс провел лезвием от виска к подбородку, оставляя полосу чистой коричневой кожи.

- После трех месяцев боев с этими вонючими дикарями я хотел бы немного повеселиться - у меня все это время даже девчонки не было. А нас на второй день после прекращения огня снова отправляют из города.

- С'est la guerra, - пробормотал Брюс.

- Что это значит? - подозрительно спросил Вэлли.

- Такова война, - перевел Брюс.

- Говори по-английски, приятель, - в этом был весь Вэлли Хэндри после шести месяцев жизни в Бельгийском Конго он не мог ни понять, ни произнести ни слова по-французски. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шорохом лезвия Брюса и тихим позвякиванием: четвертый в комнате чистил винтовку.

- Хейг, хочешь выпить? - предложил ему Вэлли.

- Нет, спасибо, - Майкл Хейг с нескрываемым отвращением взглянул на Вэлли.

- Ах ты ублюдок! Не хочешь со мной выпить? Даже аристократ Карри пьет со мной. А ты что за фрукт?

- Ты знаешь, что я не пью, - Хейг снова занялся винтовкой, обращаясь с ней с профессиональной легкостью. У каждого из них оружие стало частью тела. Даже во время бритья Брюсу было бы достаточно просто опустить руку к стоящей у стены автоматической винтовке. две винтовки стояли рядом с кроватью Вэлли.

- Ты не пьешь? - фыркнул Вэлли. - Так откуда у тебя такой чудесный цвет лица? Почему твой нос похож на спелую сливу?

Губы Хейга сжались, руки замерли на прикладе.

- Прекрати, Вэлли, - спокойно произнес Брюс.

- Хейг не пьет, ты понял, Андре? - Вэлли толкнул бельгийца в бок. Он абсолютный трезвенник! Мой папаша бывал таким по два-три месяца кряду. Потом в один из вечеров являлся домой и начинал выбивать мамаше зубы с хрустом, слышным на другом конце улицы. Он захлебнулся собственным смехом и на несколько мгновений смолк.