Брюс взглянул на девушку. Ее ноги были крепко сжаты, все тело извивалось в попытке освободиться, она глупо хихикала.

- Мы с Майком вернемся перед комендантским часом. Чтобы ее здесь не было.

"Нет никакого желания, - подумал он, глядя на девушку, - все кончено". Он открыл дверь.

- Карри! - закричал Вэлли - Ты тоже придурок! А я думал, что ты мужик. Ты такой же, как и все остальные. Куколка Андре, пьяница Хейг. Что с тобой, дружище? Трудности с бабами? Ты такой же ненормальный!

Брюс вышел за дверь и остановился в коридоре. Насмешка сумела пробить панцирь, но усилием воли он постарался уменьшить причиненную боль. "Все кончено, она не может больше сделать мне больно", - он вспомнил женщину, но не ту, что осталась за дверью, а другую - свою бывшую жену.

- Стерва, - прошептал он, но затем быстро, почти виновато добавил про себя: - "У меня нет к ней ненависти. Ни ненависти, ни желания".

2

Холл гранд-отеля "Леопольд П" был забит народом. Жандармы с выставленным напоказ оружием, громко разговаривающие у стен и за стойкой бара, с ними женщины с цветом кожи от черного до нежно-коричневого, некоторые уже пьяны; несколько бельгийцев с видом ошеломленных и не верящих ничему беженцев; в кресле одинокая плачущая женщина с ребенком; белые люди с военной выправкой, но в штатском; несколько небрежно одетых искателей приключений с горящими глазами, беседующих с африканцами, одетыми в хорошие костюмы; группа журналистов, сидящая с видом стервятников за одним столиком. Все без исключения истекали потом.

Два южно-африканских пилота окликнули Брюса с другого конца холла.

- Эй, Брюс, как насчет глотка?

- Дэйв, Карл! - Брюс помахал рукой. - Очень спешу, может быть, вечером.

- Мы улетаем днем, - Карл Энгельбрехт покачал головой. - До следующей недели.

- Тогда и выпьем, - ответил Брюс и шагнул через центральную дверь на Авеню дю Касай. Его охватила волна жара от раскаленных стен домов. Он надел темные очки и подошел к трехтонному грузовику, где его ожидал Хейг.