Не прошло и нескольких секунд, как весь экипаж был в рубке управления. Таллентайр сразу прошел к орудиям с быстротой и грацией поджарого охотящегося кота, выпустившего острые когти. Бронхейм, грузный и флегматичный, прошествовал к пульту дистанционного управления двигательной установки с неторопливостью, которая не имела ничего общего с медлительностью. Рослый, угловатый Метзентер, облаченный вместо униформы в широкую мантию, вышитую кабалистическими символами, сидел у экрана.

— Не снимай пальцы с курков, мистер Таллентайр, — приказал Траффорд.

— Я все еще не могу нащупать цели, сэр, — ответил офицер.

— Только не стреляй без предупреждения, — это все, что от тебя требуется. Мистер Бронхейм, смотрите, они могут попытаться добиться темпоральной синхронизации…

— Я слежу за ними… — проворчал Бронхейм.

— Мистер Метзентер, мы нащупали сигнал на оборудовании Карлотти. Вы что-нибудь слышите?

— Я… Я спал, когда прозвучал сигнал тревоги…

Айрин хотела сказать что-то резкое, но Траффорд остановил ее, подняв руку. Он был более, чем она, осведомлен в делах специалистов псисвязи. Он знал, что озвученная мысль может быть воспринята, как сигнал, только когда она звучит на языке, знакомом телепату. Если же мысль звучит на незнакомом языке или вообще не имеет звуковой реализации, она может быть пропущена.