- Никто... не желает быть героем, - преодолевая одышку, пробормотал Совковский. - Надо же... Готовы все секреты разболтать и по уши в помои окунуться, лишь бы их не трогали.

- Патриоты, - тоже сбивая дыхание, усмехнулся Щеткин. - Им же надо за что-то геройствовать. За просто так они у себя и геморрой с плоскостопием найдут и пол поменяют. На средний. А за кредиты, медали, льготы и почести пожалуйста. А если ничего этого не обещается, значит, "для опытов" забирают. Страшно становится. Да тебе самому предложи такой вариант, ты пойдешь?

- Был бы тормозом, может, и пошел бы.

- А ты кто? - Щеткин рассмеялся. - Нет, агент Совковский, ты бы не пошел. Раз все секретно, значит, не для парада герой требуется, а для какой-то черновой работы Причем, видимо, для сильно черновой, ежели такой дубово-бетонный вариант психики у него должен наблюдаться А мы с тобой "чернуху" уже переросли и ни за какие печенюшки не согласимся снова в дерьмо нырять. Да еще без оплаты, орденов и почета.

- Может, ему заплатят, - усомнился Совковский.

- Тогда так бы и сказали. Конкурс бы объявили. А они, видишь, тайный поиск устроили. Почему? Да потому, коллега, что на мясо герой пойдет, когда подвиг свой совершит. Без вариантов. Потому и нужен им такой тюфяк. Нам с тобой надо было не в подвал по привычке лезть, а по шахматным клубам пройтись, среди "геймеров" очкастых пошарить, общество книголюбов навестить.

- Клубы не подходят, - напомнил Совковский.

- Черт, - Щеткин споткнулся и перешел на шаг. - Уморил Полуэктов.

- Поликарпов.

- Какая разница, - Щеткин махнул рукой. - Не могу больше. Что я - лось в период гона?

- Если субъект окажется подходящим, "братья" его на свой счет запишут, - предупредил Совковский.