- О, тут нет никакой опасности, - сказал он. - Единственная причина их маскировки заключается в том, что им не много удалось бы узнать, если бы они на каждом шагу объясняли, что пришли из будущего. Воображаете, что бы из этого получилось?

Я усмехнулся.

Микельс угрюмо взглянул на меня.

- Как вам кажется, в каких еще целях, кроме научных, можно использовать путешествие во времени? - спросил он.

- Ну, для приобретения произведений искусства и разработки природных богатств, - предположил я. - Можно было бы отправиться назад, в эпоху динозавров, добывать железо, чтобы до появления человека снять сливки с богатейших месторождений.

Он отрицательно покачал головой.

- Подумайте еще. Им понадобилось бы весьма ограниченное количество минойских статуэток, ваз династии Минг и миниатюр третьей Мировой Гегемонии, да и то главным образом для их музеев. Если только можно употребить здесь слово "музей", не впадая в большую ошибку. Я повторяю, что они не похожи на нас. А что касается природных богатств, то они в них не нуждаются: все, что им нужно, они изготовляют сами.

Он умолк, словно готовясь к последнему решительному шагу.

- Как называлась та колония для преступников, которую покинули французы?

- Чертов Остров?

- Правильно. Можете вы вообразить себе более страшное возмездие, чем высылка преступника в прошлое?

- А мне и в голову не пришло бы, что у них еще существует концепция возмездия или тем более необходимость держать в страхе одних, подвергая ужасным наказаниям других. Даже мы, в нашем веке, сознаем, что это ничего не дает.

- Вы в этом уверены? - спокойно спросил он. - А разве бок о бок с развитием и совершенствованием современной науки о наказаниях соответственно не возрастает сама преступность? Кстати, вас как-то удивило, что я решаюсь бродить один по ночным улицам.