— Он не мой!

Я готова была разрыдаться и не могла этого скрывать. Чтобы толстяк не заметил моих красных глаз, я направилась к буфетной стойке и, скрепя обливающееся слезами сердце, купила еще три пирога.

ГЛАВА 2

— Мам, у нас скоро дискотека, прощание с десятым классом.

— Ну?

— Хочу купить себе что-нибудь новенькое. Знаешь, я видела тут недавно…

— Так купи.

— А деньги?

— У папы спроси.

Маман писала диссертацию, и ей, как всегда, было не до меня.

— Ну, положим, папа денег даст. А ты не хотела бы сходить со мной в магазин, помочь выбрать, посоветовать.

Я сказала это в совершенной уверенности в том, что мать откажется, и это позволило бы мне выбрать то, что понравиться самой. Так оно и случилось. Елена Сергеевна даже не удостоила меня ответом, махнув рукой.

Вопреки моим ожиданиям отец оказался необыкновенно щедрым. Я уже представляла себе тот невообразимо обалденный наряд, в котором я появлюсь на прощальном вечере, совершенно очарую Кирилла, и он, наконец-то, падет к моим ногам.

Я действительно полагала, что во многом лучше Линки и, уж конечно, гораздо красивее ее. Серова коротко стриглась, а у меня коса до пояса. Я была просто уверена в том, что парням должны нравиться девушки с длинными волосами. А еще у меня красивые глаза и тонкая талия, и изящные пальцы, и, в отличие от Линки, незапятнанная репутация. Нет, не могло того быть, чтоб такой умный парень влюбился в эту дурочку.

— Бети, ты уроки сделала? — прервала мать мои размышления у зеркала.

— Конечно, мам, — соврала я, зная, что она не станет проверять.

Какие уроки весной!?

— Как у тебя с английским?

— Нормально, мам.

Дежурные вопросы, дежурные ответы…Да мать уже и не слушала, разговаривала по телефону:

— Вам кого? Его нет. Вы его коллега? Да, да…Я передам. Всего доброго.