— А чего ты Урс? Урс — это медведь, вроде?

— Вроде…

— Медведь! — восхитился Войча. — Тоже мне Медведь! Да какой ты Урс! Ты Уж! Не, ты Ужик! Так я тебя и звать буду — Ужик. Запомнил?

Последовал покорный кивок.

— Словами! — скомандовал довольный собственной выдумкой Войча.

— Запомнил, о Войчемир сын Жихослава, Кей и самого Светлого родной племянник.

— Гм-м… — услышанное заставило задуматься. — Ты… Да ладно, чего с тебя взять! Зови меня просто Войча. Ты — Ужик, я — Войча. Понял, Ужик?

— Понял, Зайча…

— То-то… — Войча расправил плечи, и тут только до него дошло. — К-как? Ты чего сказал?

— Извини, Войча. Я кажется, перепутал, — парень развел руками и взглянул на грозного альбира наивными темными глазами.

Мучения Войчи на этом не кончились. Вернее, они лишь начались. Подробно объяснив разницу между волком, в честь которого он и был назван, и каким-то там зайцем, он решил, что пора приступать к делу. Точнее, не приступать, а выступать — приказ Светлого был строг и категоричен. Оставалось узнать, где этот недоумковатый Ужик привязал своего коня — дорога предстояла дальняя. Но тот развел руками, сообщив, что коня у него нет.

Войча чуть не зарычал и, схватив своего нового знакомого за руку, потащил на конюшню. Знай он заранее, то конечно подобрал бы этому типу какую-нибудь конячку посмирнее. Теперь же приходилось рассчитывать лишь на собственных коней — на огромного черного Басаврюка, с которым Войча не расставался уже третий год, и на недавнюю покупку — рыжего Ложка, уступленного за полторы полновесные серебряные гривны огрским пройдохой-купцом. С Ложком Войчу изрядно надули, и он решил взять его с собой исключительно как вьючного коня. Теперь же приходилось сажать на него недоумка-Ужика. Впрочем, Войчемир рассудил, что худосочный узкоплечий чаклун весит едва ли больше полного вьюка.

Пока Войча, негромко ругаясь с поминанием все той же карани, перераспределял груз и проверял упряжь, его странный спутник равнодушно глядел в сторону, словно происходящее его совершенно не касалось.