Даже филин умолк, решив переждать опасную минуту. Вой повторился - кто-то, кому было тоже не до сна, подошел совсем близко. - Волк? - лениво, словно нехотя, поинтересовался тот, кто был помоложе. Его спутник не ответил, голова, укрытая капюшоном, смотрела куда-то в сторону. Снова вой - теперь совсем рядом. Тень, еще более черная, чем затопившая лес темнота, стала медленно проступать на дальнем краю поляны. - Не волк,- голосом, в котором проснулось любопытство, констатировал широкоплечий,- кажется, что-то похуже. - Похуже,- нехотя, причем без малейшего интереса, отозвался его молчаливый сосед.- Их в этом году много... Разговор прервался. То, что стояло на краю поляны, время от времени посвечивая зелеными огоньками глаз, похоже, совершенно перестало интересовать ночных гостей. - Ты хотел меня видеть, Патар,- вновь заговорил широкоплечий. Теперь тон был другим - властным и даже суровым. - Да,- все так же нехотя отозвался его спутник,- хотел, Светлый... Послышался смех - негромкий, почти злой. - Не прошло и двадцати пяти лет, о Великий Патар! - Двадцать два, о Светлый Кей,- столь же равнодушно откликнулся Патар,- это небольшой срок... Вновь послышался смех, хотя тому, кого назвали Светлым, было явно не до веселья. - Совсем маленький! Что за срок для двух друзей, которые... Он не договорил. Широкая ладонь резким движением разрубила воздух. - У Великого Патара, Отца рахманов, не бывает друзей,- тихо и печально ответил его собеседник.- Как не может быть друзей у Светлого Кея. У одного есть ученики, у другого - слуги. Друзья могли быть у Ждана Бродяги и у полусотника Мезанмира. Помнишь, я говорил тебе. Ты, кажется, не верил... Черная тень на краю поляны нерешительно шевельнулась, зеленые глаза блеснули, но пришлец не спешил нападать. Странные люди, сидевшие у странного костра, вызывали опаску. - Да, не верил,- вздохнул широкоплечий.- Мне казалось, что друзья остаются друзьями. И тот, кто волок одного бестолкового дурака с огрской стрелой в горле по горящей степи, не забудет этого...