Пока я возилась с ключами и обрывками фольги, в доме зазвонил телефон. Ронни взяла у меня обрывки, и я толкнула дверь плечом. Уже подбегая на каблуках к телефону, я вспомнила, что я в отпуске. Из чего следовало, что какова бы ни была причина звонка в два ноль пять ночи, это не моя проблема по крайней мере еще две недели. Но старые привычки никуда не деваются, и я уже была возле телефона, не успев додумать эту мысль. Хотя я и дождалась, чтобы вызов принял автоответчик, но... но стояла рядом, чтобы схватить трубку - на всякий случай.

Грохочущая музыка - и мужской голос. Музыку я не узнала, но голос...

- Анита, это Грегори. Натэниел влип.

Грегори - один из леопардов-оборотней, которые достались мне по наследству, когда я убила их альфу, их вожака. Будучи человеком, я для этой должности не очень подходила, но пока нет замены, даже я лучше, чем ничего. Оборотни, лишенные доминанта, который их защищает, - добыча первого встречного, и если кто-нибудь кого-нибудь из них убьет, это будет моя вина. Поэтому я стала их защитником, но работа эта оказалась куда сложнее, чем мне могло присниться. Натэниел - ходячая проблема. Все остальные как-то устроили свою жизнь после смерти вожака, но не он. Жизнь у него была тяжелая: его обижали, насиловали, продавали и подавляли. Последнее значит, что он был рабом - рабом для секса и боли. Один из немногих истинных подчиненных, которых я знала - хотя, надо признать, в этой области у меня ограниченный круг знакомств.

Тихо ругнувшись, я сняла трубку.

- Это я, Грегори. Что на этот раз?

Даже я сама услышала, какой у меня усталый и раздраженный голос.

- Анита, если бы было, кому еще позвонить, я бы так и сделал, но ты у нас одна.

И у него голос усталый и раздраженный. Лучше не придумаешь.

- А где Элизабет? Сегодня ей полагалось его пасти.