«Считай это упражнением для развития силы призрачной руки. Такое не сравнится с обработкой шкур скребком».

Еще немного... Вот!

– Ох! – Глаза Фаун широко распахнулись, она наклонилась вперед, всматриваясь в лицо Дага. – Что ты сделал?

– Поэкспериментировал, – выдавил он сквозь стиснутые зубы. Наверняка его глаза сейчас были такими же широко раскрытыми и безумными, как и ее. – Думаю, перелом правой руки разбудил Дар левой. Нравится, нет?

– Не уверена... Еще!

– Ох...

– Ох... да... Вот оно...

– Так хорошо?

Ее единственным ответом был громкий вздох... и неистовые движения, которые вдруг замерли. Это было прекрасно: натянутая тетива наконец лопнула, и все поглотило белое пламя.

Даг не думал, что потерял сознание, но когда он пришел в себя, Фаун лежала у него на груди, тяжело дыша и смеясь одновременно.

– Даг! Это было... это было... Может, ты всегда был способен на такое? Или ты берег это как свадебный подарок?

– Понятия не имею, – признался Дат. – Никогда раньше ничего подобного не делал. Я даже не очень представляю себе, что сделал.

– Ну, это было просто... просто замечательно. – Фаун села и откинула волосы, пытаясь сохранить рассудительный тон, но не выдержала и беспомощно рассмеялась.

– У меня голова кружится. Ощущение такое, словно я сейчас упаду.

– Ты же и так лежишь!

– Очень удачно...

Фаун свернулась калачиком и позволила Дагу обнять себя левой рукой. Некоторое время они оба молчали. Даг не то чтобы заснул, но и назвать свое состояние бодрствованием не мог бы. Словно его огрели по голове дубинкой... Наконец Фаун поднялась, обмыла себя и Дага и натянула на них обоих ночную одежду – голубые тени сумерек сменились ночной темнотой, которая принесла с собой прохладу. К тому времени, когда Фаун снова улеглась с ним рядом – на этот раз под одеялом, – Даг окончательно проснулся и теперь смотрел сквозь ветви на первые звезды.