Скеллан принял ее кивок за молчаливое согласие и зашагал, пересекая поляну. Жители деревни подняли головы навстречу ему. Он чувствовал на себе их взгляды, но это не остановило его. Ему потребовалось не меньше минуты, чтобы подойти к свежевырытой могиле.
- Сколько ей было лет? - спросил он, опускаясь на колени на обугленную землю. Ни на кого не глядя, Джон положил хрупкий деревянный цветок на черную почву.
- Четырнадцать, - ответил кто-то.
- Как моей дочери, - сказал Скеллан. - Я скорблю о вашей потере. Пусть ваш бог позаботится о ней.
Он начертал знак молота и поднялся.
- Надеюсь, ты прикончишь ублюдка, который сотворил это с моей маленькой девочкой. - Мужской голос был полон горечи.
Чувство это было слишком хорошо знакомо Скеллану. Это все, что осталось ему, когда мир вокруг него обрушился.
Скеллан повернулся к мужчине. Когда он заговорил, голос его был спокоен и тверд.
- Именно это я и намерен сделать.
Не произнеся больше ни слова, он зашагал туда, где ждали Фишер и старуха.
- Спасибо тебе за твой поступок.
- Потеря любого, ушедшего в столь юном возрасте, - трагедия, с которой трудно смириться. Это всего лишь символ, мне это ничего не стоило.
- Да, но не многие стали бы тратить время, чтобы выразить соболезнование чужакам. Боюсь, так уж устроен мир. Мы слишком легко забываем о страданиях других, особенно тех, кого оставляем позади.
Скеллан повернулся к Фишеру:
- Пойдем, дружище. Оставим этих добрых людей их скорби.
Фишер кивнул, а потом наклонил голову, как будто уловив какой-то неуместный в лесном молчании звук.
- Скажи-ка, - произнес он спустя мгновение, - здесь всегда так тихо?
- Тихо? О небеса, нет.- Старая женщина покачала головой. - Ночами тут до тишины далеко. Не отрицаю, с приходом волков многие лесные создания покинули наши места. Но волки не тревожат нас, а мы не трогаем их. Они охотятся ночами, а днем спят. - Старуха наклонилась к мужчине, голос ее заговорщически упал. - Будьте осторожны ночью. Держитесь тропы. Не сходите с нее. Никогда не сходите с тропы. Голодный лес по ночам - место небезопасное.