Епископ же датский, Абсалон, побеспокоился, чтоб во всех церквях епископства кляли, почем свет стоит, рюгенских пиратов. Клевету с усердием раструбили по всей Балтии монахи и купчишки. Эту клевету, бывает, и сейчас повторит не только книжный мальчик, но и зрелый ученый.
Да, случалось, брали в море чужие корабли, отбивая пленников словенских — ходили на целые города. Карали измену, отражая бесконечные набеги соседей. Взыскивали пошлину за стоянку в Арконе, торговали мехами, рыбой, янтарем и оружием. По всей Рутении славились хмельные медовые напитки словен. Водили кормщики Ральсвика чужие лодьи через пролив.
Многие язычники Балтии присылали Свентовиту дань, одни арабскими дирхемами, другие — гривнами, третьи — денарами. Иноземцы откупали место на рынке частью товаров. Кнуд
Сеяли бы и хлеба, да отняли все земли на материке римские прихвостни…
Проникновение христианства к народам Рутении происходило довольно медленно вплоть до середины десятого века. Приблизительно в то же время после смерти Горма Старого прежний порядок нарушился, прервался ход вековой традиции. Уже Гарольд Синезубый стал покровительствовать миссионерам Рима в Датском королевстве. Балтские славяне не сразу оценили агрессивность и непримиримость новой веры, скрывшейся под вкрадчивыми словесами, приняв ее за одну из многих. Когда, наконец, они разобрались, что к чему — по всей Рутении вспыхнуло восстание против засилья христианской церкви и Христовых воинов.
С благословения Рима и владыки Священной Империи велся откровенный грабеж полабов, шла кровавая экспансия рыцарей на земли славянских да балтских «варваров». Где не помогало божье Слово — в дело вступал меч. Так цивилизация уничтожала культуру.
Славянам, которые продолжали оставаться в земле вагров, полабов, бодричей и хижан было велено, чтобы они платили поборы епископам, с плуга по три корца ржи, да и по двенадцать денаров местной монеты. «И увеличились десятины в земле славянской, потому что стеклись сюда из своих земель тевтонцы, чтобы населить землю эту, просторную, богатую хлебом, удобную по обилию пастбищ, изобилующую рыбой и мясом и всеми благами,» — рассказывал современник.