То он бродил средь горящих развалин какого-то непонятного храма, на грани отчаяния и надежды спасти… Что? То с ужасом глядел с крепостной стены на небольшое судно с багрово-коричневыми бортами, выкрашенными, он почему-то твердо знал это, человеческой кровью. И тринадцать демонов в облике непохожих друг на друга бойцов высаживались на его родной остров. У врагов было разное оружие, но тем не менее все они представляли единое целое… Игорь рубился с этими бойцами, держа в каждой руке по мечу, и сносил демонические лики, но под ними обнаруживались иные, столь же похожие друг на друга, но еще более ужасные. Падал сраженный Учитель, с кровавыми дырами вместо глаз… Падал почему-то в залитые ярким светом опилки, а к нему подходили те же люди в белых халатах… Или плащах? С нашитыми на них большими алыми крестами, и куда-то уносили…

Потом он покидал остров, затянутый дымом, уходил на единственном уцелевшем корабле. А со скалы, кривя в усмешке рот, взирал последний из демонов, самый сильный и умелый. Игорь знал, что противник смертельно ранен, но тот почему-то никак не хотел умирать. Окровавленное лицо Врага росло, надвигалось… Враг всасывал кровь изуродованными губами, и Игорь в ужасе просыпался, чтобы не слышать его свистящих вздохов.

… Рано или поздно все кончается. Завершилось и больничное заточение Игоря. Врачи сказали, что организм, к их удивлению, более-менее в порядке, и дали третью группу инвалидности. О каких-либо тренировках посоветовали забыть раз и навсегда. И Игорь им поверил… Хотя и не сразу, конечно. Но хронические боли в голове и позвоночнике иногда делали невозможными самые простые вещи, а боли эти не снимались ни новейшими лекарствами, ни самыми древними рецептами иглоукалывания. Доктора только руками разводили.

Конечно, было и другое. Было собрание Внутреннего Круга ему, калеке, посвященное, на котором Игорю предложили для порядка занять место Всеслава.