По высокому голубому небу лениво ползли кучевые облака, изредка заслоняя нещадно палящее полуденное солнце. Над идеальными цветочными клумбами порхали разноцветные бабочки, которые тут же испарились, стоило включиться автоматическим разбрызгивателям для поливки растений. Слабый порыв ветра скользнул над зелеными газонами и запутался где‑то в ветвях деревьев, встревожив листья и спугнув присевшую на ветку птицу, которую проводил сонным взглядом огромный серый кот, вальяжно развалившийся на крыльце одного из домов. Кот зевнул, с удовольствием потянулся и, повернувшись на другой бок, сощурил янтарные глаза, лениво глядя на дорогу, вдоль которой расположился ряд однотипных аккуратных домов, в одном из которых в это самое время скорбно вздыхал худощавый одиннадцатилетний мальчик.

Гарри зевнул и бросил ещё один взгляд в окно. Так и есть. За последние десять минут на Тисовой улице не произошло никаких кардинальных изменений, разве что толстый кот на крыльце соседнего дома повернулся на другой бок. В принципе, возвращаясь в Литтл Уининг в начале июля, Гарри не ждал, что пребывание на Тисовой Улице будет веселым, но он и не предполагал, насколько скучным оно может оказаться.

Ещё совсем недавно его жизнь напоминала поток бурной реки. В Хогвартсе каждый день был особенным и неповторимым. В компании своих сокурсников Гарри ходил на занятия, часами обсуждал с Гермионой свои эссе, разучивал новые заклинания, попадал в различные истории и проводил все время с лучшим другом. Сколько же приключений у них было! Теперь же мальчик в гордом одиночестве сидел у окна, умирая от скуки и жары. За прошедшее время он даже не получил ни одного письма от друзей, хотя сам написал им на первой неделе каникул, а ведь Гермиона обещала, что напишет ему из Франции. С Томом вышло и того хуже. В самом начале месяца его опекуны, мистер и миссис Хувер, отправились к родственникам, у которых планировали провести почти все лето, и зачем‑то взяли с собой своего подопечного, невзирая на его громкие протесты.