Водитель рывком распахнул дверцу слева от себя, резко крутанул руль в противоположную сторону и выкатился из машины.

Лимузин пронесся по низкой насыпи, потом его чуть занесло, и он ударился боком о ствол дерева. При этом кузов его погнулся достаточно для того, чтоб одна из задних дверей растворилась.

Де Рус ласточкой нырнул из машины в темноту и ударился всем телом о мягкую землю, от чего в голове его чуть прояснилось. Свежий воздух ворвался в легкие. Он откатился в сторону, распластался на животе, пригибая голову к земле, и поднял пистолет.

Узколиций стоял на коленях в дюжине ярдов от него. Де Рус увидел, как он вытаскивает из кармана пистолет и поднимает его.

Пушка Чака дергалась и грохотала в руке Де Руса, пока не опустела обойма.

Узколиций медленно повалился вперед, и его тело слилось с черными тенями и влажной землей. С набережной слышался отдаленный шум машин. В остальном вокруг царила тишина и темнота.

Де Рус глубоко вздохнул и поднялся на ноги. Он бросил разряженный пистолет на землю, вытащил из кармана плаща маленький электрический фонарик, высоко поднял воротник, зажимая плотной тканью нос и рот. Подошел к машине, выключил фары и осветил лучом фонарика кабину водителя. Он быстро нагнулся и повернул кран на медном, похожем на огнетушитель баллоне. Шипящий звук прекратился.

Де Рус подошел к водителю. Тот был мертв. В его карманах Де Рус нашел немного мелочи -- бумажной и серебряной, сигареты, обертку от спичек с надписью "Египетский клуб", пару запасных обойм и свой 38-ой. Пистолет Де Рус сунул в карман и выпрямился над распростертым телом.

Он посмотрел на противоположный берег темной реки, где сияли огни Глендейла. В стороне от скопления огней в черном небе мигала зеленая неоновая надпись "Египетский клуб".

Де Рус хладнокровно улыбнулся своим мыслям и вернулся к "линкольну". Он выволок тело Чака из машины, бросил его на влажную землю и осветил фонариком. Красное лицо Чака было теперь синим, открытые глаза пусты и безжизненны. Де Рус наклонился пониже и обшарил карманы Чака.