-- В своем синем "линкольне"?

-- Точно. Только сам он за руль не садился. А зачем вам это?

-- Тогда шел дождь, -- спокойно заметил Де Рус. -- Очень сильный дождь. Может, это был не "линкольн".

-- Как это -- не "линкольн"? Именно "линкольн", -- возмутился Сэм. -- Что я, слепой, что ли? Он всегда на нем ездит.

-- Номер 5А6? -- не унимался Де Рус.

-- Ну. -- Сэм фыркнул. -- Номер прямо как у члена совета... вот какой это номер.

-- Водителя знаешь?

-- Конечно... -- начал было Сэм, но осекся. Он задумчиво поскреб черный подбородок белым пальцем величиной с хороший банан. -- Хотя... можете назвать меня большим черным дураком, если он снова не поменял шофера. Этого человека я не знаю, это я вам точно говорю.

Де Рус засунул скрученную трубочкой банкноту в огромную белую лапу швейцара. Сэм зажал купюру в кулаке, но взгляд его вдруг стал подозрительным.

-- А скажите-ка, зачем вам все это, маста?

-- Я заплатил, не так ли?

Де Рус неторопливо пошел обратно к Гудзон-стрит, завернул за угол и сел в свой черный "паккард". Он вырулил на Сансет и направился на запад к Беверли-Хиллз, где повернул к подножию холмов и поехал, внимательно разглядывая таблички на углах улиц. Улица Клируотер тянулась по склону холма, и с нее открывался вид на весь город. Каза де Оро на углу Паркинсон представлял собой целый квартал первоклассных одноэтажных коттеджей, окруженных кирпичной стеной и крытых черепичной крышей. Огромный вестибюль при входе в квартал занимал отдельное здание. Внушительных размеров частный гараж тянулся вдоль Паркинсон-стрит.

Де Рус остановил машину напротив гаража и некоторое время сидел неподвижно, глядя в широкое окно небольшой конторки, где дежурный в белом комбинезоне сидел, закинув ноги на стол, и читал журнал, поплевывая через плечо в невидимую плевательницу.

Де Рус вышел из "паккарда", пересек улицу, отойдя от машины на значительное расстояние, и, незаметно для дежурного проскользнул в гараж.