Джордж Дайл склонился над ней и поцеловал в губы. Губы его горели, по телу прошла медленная дрожь. Девушка не шелохнулась. Кода Джордж выпрямился, она лениво улыбнулась ему.

-- Послушай, Фрэнси, -- низким густым голосом сказал Дайл, -когда ты, наконец, бросишь своего картежника?

Фрэнсин Лей пожала плечами, не вынимая рук из-за головы.

-- Он честный игрок, Джорджи, -- лениво протянула она. -- А это что-то да значит в наше время. И кроме того, у тебя нет денег.

-- Деньги я могу достать.

-- Как? -- У нее был низкий хрипловатый голос, который трогал Дайла, как звуки виолончели.

-- У Кэндлиса. У меня есть о чем побеседовать с этим субчиком.

-- Например? -- лениво поинтересовалась Фрэнсин.

Дайл мягко оскалился и с наигранной невинностью широко раскрыл глаза. Фрэнсин Лей подумалось, что белки его глаз вовсе не белые -- но какого-то странного, неопределенного оттенка.

Дайл взмахнул незаженной сигаретой:

-- О многом... Например о том, как он обвел вокруг пальца одного серьезного малого из Рено в прошлом году. Его сводный брат сидел здесь за решеткой по обвинению в убийстве, и Кэндлис затребовал и получил двадцать пять тысяч за то, чтобы оправдать его. Но потом он пошел на сделку с прокурором округа и все-таки упрятал паренька за решетку.

-- И что же предпринял серьезный малый в связи со всем этим? - мягко спросила Фрэнсин Лей.

-- Ничего. Пока что. Вероятно, до сих пор он думал, что дело на мази.

-- Но когда он узнает, что его провели, Кэндлису не поздоровится. -- Фрэнсин задумчиво покачала головой. -- И кто же этот человек, Джорджи?

Дайл снова склонился над ней и понизил голос:

-- Я идиот, что говорю тебе все это. Его зовут Заппарти. Я с ним не знаком.