– Ваша милость, четвертая рота к построению готова…

– Дивизион! Равняйсь! Смирно! Р-рнение на штандарт!

Рывок головы… нижнюю челюсть до отказа вперед, подбородок вверх. Сочный грохот подкованных каблуков знаменной тройки. Поворот! Древко упирается в носок сапога знаменосца. Тишина…

– Слушай приказ! Верховный Дом Объединенных Миров объявляет высочайшую благодарность за службу!

Триста глоток – хором:

– Вер-рность и честь!

– Вольно! – дивизионный тряхнул крупной седой головой и стрельнул глазами в сторону левого фланга, отыскивая кого-то в порядком поредевшей четвертой роте. – Мастер-сержант Королев!

– Я!

– Ко мне!

Фланг чуть качнулся. Молодой темноволосый мужчина в сером с серебром парадном мундире неторопливо покинул строй и, прошагав на середину плаца, замер перед командиром. Небрежным движением вскинул два пальца к лоснящемуся козырьку высоковерхого кивера. Дивизионный довольно кашлянул.

– Слушай приказ! Именем Объединенных Миров и по личному представлению его милости лорда Волленберга… мастер-сержант Торвард Королев, – старик помедлил, пепельная щетка усов заметно дернулась, – оф Кассандана производится в офицерский чин с присвоением звания лейтенанта. Приказ вступил в силу с сегодняшнего утра. Благодарю за службу, лейтенант!

Капитан Руперт Пента, помощник начальника штаба сто шестой мобильной штурмовой бригады, влил в глотку полкружки желтоватого аврорского рому, смахнул с рыжей бороды капли драгоценной влаги и витиевато выругался.

– И все-таки, Тор, может быть, ты объяснишь нам, почему ты десять лет – десять лет, джентльмены! – ждал эти погоны? Я готов хоть сейчас драться с любой собакой, которая осмелится утверждать, что в бригаде отыщется человек, более достойный чина. Да о чем речь, господа, – вы только посмотрите на его грудь!