-- Вечером меня посетят важные гости, -- сухо сказал шевалье. -- Будь добра убраться отсюда хотя бы до полуночи.

-- Куда же я пойду? - Опешила молодая дама. - У меня нет в Париже знакомых.

-- На панель, - отрезал де Бомон. - Это развивает гибкость взглядов. -- Но заметив в глазах бедняжки обиженные слезы, всучил ей луидор и отправил в театр, где давали "Кандида". - Умоляю, только не приходи рано!

Около 11-ти у дверей кофейни остановилась карета. Улица была совершенно пустой, и грохот колес далеко разносился по булыжнику. Де Бомон ожидал прибытия кого-нибудь из нижних чинов министерства иностранных дел. Возможно, секретаря графа Шуазеля. Но женский силуэт, который шевалье успел разглядеть в окне, убедил его в том, что прекрасное начальство пожаловало собственной персоной.

За стеной послышался деликатный скрип лестницы, потом в дверь осторожно поскреблись.

-- Шарль? Вы на месте?

-- К вашим услугам, мадам. - Он распахнул створки.

Закутанная в черный плащ фигура скользнула в комнату. Де Бомон успел заметить дрожь темных кружев и желтоватую кожу щеки. Помпадур постарела с их последней встречи. Или была очень больна. Хорошо, что он не позволил себе слишком много света. Нельзя заставлять некогда прекрасную даму нервничать из-за неуверенности в себе. Пара свечей подальше от стола, вот все, что ей нужно для внутреннего спокойствия.

-- Итак, мой милый Шарль, -- маркиза села в подставленное кресло, Ты получил мое письмо?

-- Да, мадам, и спешил как мог.

-- Похвальная расторопность, -- она похлопала его сложенным веером по руке. - Эта женщина с тобой, кто она?

-- Моя петербургская знакомая, нечаянно объявившаяся в Лондоне, -- не без заминки ответил шевалье.

-- Тебя избавить от нее?

-- Нет, нет, -- поспешно заверил де Бомон. - Я справлюсь. Сам. Когда понадобится.

-- Понадобится скоро, - кивнула маркиза. - Не подумай дурного. В нашем деле... Впрочем, если она из Петербурга, это может оказаться полезно.