– Да уж, на удивление, - согласился Гурьев. - Скажите, Пётр Леонидович, вы верите в сумасшедшие идеи?
– Верю вполне - идеи могут быть весьма сумасшедшими, - Капица жестом пригласил Гурьева следовать за собой. - Давайте взглянем поближе на вашу задачку.
По мере того, как Гурьев излагал ход событий, опуская, впрочем, щекотливые детали личного характера, лицо физика приобретало всё более растерянное выражение. Наконец, он медленно произнёс:
– Это действительно… Очень странно. И очень любопытно, хотя и лежит далеко в стороне от сферы моих сегодняшних научных интересов. Знаете что? Боюсь, я буду для вас совершенно бесполезен. Но помочь, тем не менее, помогу.
Капица извлёк из ящика стола записную книжку и раскрыл её на нужной странице:
– Вот. Ладягин Владимир Иванович. Это именно тот, кто вам нужен. Если не он… Весьма и весьма примечательная личность с очень непростой судьбой, но при этом - совершенно невероятное инженерное чутьё и прямо-таки безудержная техническая фантазия. Мы с ним сотрудничаем время от времени, заказываем у него некоторые образцы аппаратуры для лаборатории.
– Откуда он здесь взялся?
– О, это долгая история. Всех подробностей я не знаю, да и не интересовался особенно, признаться. Ладягина прислало военное министерство не то закупать оружие, не то надзирать за этим процессом, году в пятнадцатом, наверное. Потом революция, к которой Ладягин отнёсся довольно прохладно. Впрочем, и к белому движению Владимир Иванович отнюдь не расположен. Пообщайтесь с ним, думаю, вам, кроме всего прочего, он будет и по-человечески интересен.
– Надеюсь, мы и с вами ещё увидимся?
– Непременно, если вы дождётесь моего возвращения. Я буквально на днях уезжаю в Москву.
– Надолго?
– Да нет, недели на четыре.
– Что ж, тогда кланяйтесь матушке и Москве. И вот ещё что: если вам вдруг понадобится помощь в общении с советскими инстанциями, отыщите такого - Городецкого Александра Александровича и передайте ему от меня привет. А дальше - увидим. Найдёте с ним общий язык, он вас с удовольствием выручит - по мере сил, разумеется.