Время от времени, когда приходилось делать "пересадки", езда замедлялась: надо было ухватиться за пластинчатую серьгу, закрепленную на огромном шарнире, и не выпускать ее, пока не попадешь на нужную несущую дорожку. Для Джеймса, никогда не увлекавшегося спортом, все это было внове, как и сам способ передвижения, который требовал изрядной ловкости. Ему пришлось нелегко, тем более что постоянно приходилось остерегаться мальчишек, которые использовали бегущие дорожки для новой разновидности игры в пятнашки, рискованно перепрыгивали с одного самораскатывающего коврика на другой и несколько раз беззастенчиво отталкивали его в сторону.

- Вы спортсмен? - неуверенно спросил Джеймс своего спутника, который с явным удовольствием всячески мешал ребятам, затеявшим буйную погоню друг за другом.

- Глупости! - ответил Хорри и схватил Джеймса за руку: того чуть не вынесло с дорожки на повороте. - Это только маскировка. Для наших целей комплекс устроен идеально. Кто здесь во всем досконально не разобрался, сразу запутается. Залы находятся один за другим, они как бы вдвинуты один в другой, будто спичечные коробки. Место экономили, вот в чем дело. Мы всякий раз встречаемся в разных залах. И до сих пор нас ни разу не поймали.

- "Яйцеголовые", - задумчиво произнес Джеймс. - Так раньше называли научных работников. Что у вас общего с наукой?

Хорри только ухмыльнулся и потянул Джеймса за собой с дорожки на желоб для спуска. Вниз летели так, что в ушах свистело.

- Мы современные люди, - по пути говорил Хорри. - Заниматься наукой - дело шикарное. Обыватели всего на свете боятся: нового оружия, ракет, танков. Потому-то у нас тоска зеленая. Ничего такого не происходит. Эти старые физики с их напалмовыми бомбами и атомными снарядами были парни что надо. Они были правы: чтобы этот мир зашевелился, его надо причесывать против шерсти.

Спустившись еще на несколько ступенек, они оказались в небольшом зале, где, судя по всему, проводились медицинские обследования спортсменов.