
Нэш скрестил руки на груди, потер подбородок и одарил лучезарной улыбкой Джозефа, с важным видом восседавшего в кресле с подлокотниками.
– Двадцать девять миллионов... Это же куча денег. Я же не могу просто взять и выложить их. Кто я, по-вашему? Дональд Трамп?
Нэш усмехнулся, выставив напоказ кроличьи зубы.
Нет, гаденыш, сегодня это у тебя не пройдет. Кончай валять дурака. Час пробил. Для нас обоих.
Сэл поглядел на брата, ожидая, что тот скажет хоть слово. Но Джозеф только тупо взирал на Нэша, поглаживая седые усы. Еще один ублюдок. Думает, верно, что он крутой. Должно быть, считает, что похож сейчас на Берта Рейнольдса. На Берта Рейнольдса с пузом и без парика. Возомнил себя очень крутым, но его выдает багровая рожа. Обмочился от злости и готов взорваться. Молчит, зная, что завизжит как поросенок, стоит ему только открыть рот. Берт Рейнольдс? А как насчет Элмера Фадда? Они стоят друг друга.
Сэл отвернулся и поглядел в окно на строительную площадку. Огромный котлован, вырытый еще в ноябре; цементовозы с крутящимися барабанами, ревущими моторами; строители что-то кричат друг другу; внизу, у дощатого настила, огромный плакат с двенадцатифутовым парнем в саронге: «КРУПНЕЙШИЙ бизнесмен в Атлантик-Сити строит КРУПНЕЙШЕЕ в мире казино. Отель „Парадиз“ Нэша». Сэл наклонил голову, пытаясь разглядеть буквы на крыше казино-отеля «Плаза», принадлежащего мистеру Кролику. Интересно, какие там буквы, такие же? Солнце слепило глаза, ничего не различить. Ну, Джозеф, скажи что-нибудь. Ради Бога, не молчи.
