– Опять головоломка, да? Но я предоставлю ее решение вам, – добродушно ответил Гилл. – Я всего-навсего самый обычный, простой инженер-металлург. Можно сказать, сын земли с мозолистыми руками.

– Я бы скорее сказал – сын астероидного пояса, – уточнил Рафик. – Кстати сказать, с этого астероида мы мало что получим. Нужно сперва бурить поверхность и брать пробы, прежде чем запускать магнитные захваты… О! Мы его захватили.

На центральном экране появился овальный объект с ровными выемками с одной стороны.

– Посмотрим, что нам скажут сенсоры об этой маленькой загадке…

– Похоже на гороховый стручок, – заметил Гилл.

– Это верно, – согласился Калум. – Остается только выяснить, что в нем за горошины и хотим ли мы посадить их на своем корабле, или лучше будет отправить их куда подальше? Вроде бы, за последнее время в этом секторе не было никаких дипломатических конфликтов – или я ошибаюсь?

– По крайней мере, таких, после которых остаются дрейфующие мины, не было, – ответил Гилл, – тем более, что эта штуковина не похожа на космическую мину – разумеется, из тех типов, которые знакомы мне . К тому же, только идиот отправит космическую мину в пояс астероидов, где никогда не угадаешь, с чем она столкнется и кому от этого будет хуже.

– Высокий интеллект, – пробормотал себе под нос Рафик, – не всегда является отличительной чертой тех, кто предпочитает достигать дипломатических целей посредством мин… Считывание информации, – приказал он компьютеру. – Все параметры. Так… так… Очень интересно!

– Что?

– Я, конечно, могу ошибаться… – Рафик помолчал. – Во имя Трех Пророков! Я наверняка ошибаюсь! Эта штука слишком мала… а в этом секторе нет регулярного движения… Калум, что ты думаешь о данных сенсоров?

Калум склонился над панелью управления; несколько раз быстро моргнул песочного цвета ресницами, следя за сменяющимися на экране цветными строчками.