- Сегодня на съемках я подумала, что играть в «Тысяче миль» - прекрасный повод сосредоточиться на земле, которая так много значит для тебя и твоей семьи, - весело сказала Пэм. - Я говорю о твоей семье, Лекси, не считая деда. Вы с Нилом доподлинно знаете, сколь высокую цену пришлось заплатить первым поселенцам, чтобы попасть сюда, и сколь важна эта земля для их потомков. Это же их Родная Земля, понимаешь?

Корм таял на глазах. Надоеда прыгнул Лекси на колени: девочка, просияв от радости, покормила его сама. Она недостаточно глубоко запихала кусочек ему в горло, но, запрокинув голову, птенец все равно сумел проглотить еду.

- Молодец! - похвалила Пэм. - Старайся заталкивать чуть глубже, вот так.

- Жаль, что они меняют стратегию. Хамфри говорит, что она собирает слишком мало последователей, - не по годам серьезно сказала девочка, - но прежняя линия мне нравится больше.

Малиновки, наевшись, улетели. Пэм со щелчком закрыла крышку контейнера, которым служило ведерко из-под маргарина, и улыбнулась Лекси.

- Правду сказать, мне тоже, но, по мнению Хамфри, теория Гайя станет доступнее, когда люди осознают, сколь тесными узами они связаны с Родной Землей, настолько тесными, что стали одной семьей - земля и люди. Как… ну знаешь… когда в большом доме собираются на Рождество все-все родственники. - Увидев, что девочка хмурится, Пэм задумалась, а вдруг ее слова вызвали не слишком приятное воспоминание, и поспешила добавить: - Но каждый, кто хочет, может выбрать свой личный Сад. Кому как нравится. Во взгляде Лекси читалось облегчение.

- И что ты будешь делать? Продолжать возделывать свой Сад в Кентукки?

- В моем случае Родная Земля мало что изменит, - отозвалась Пэм. - Я была заклятой гайяисткой задолго до того, как руководство решило изменить стратегию. Но было бы неплохо подойти к проблеме и с другой стороны. - Взяв ведерко за ручку, она встала и улыбнулась Лекси, которая с встревоженным видом еще сидела на ступеньке. - Ну так как насчет обеда? Проголодалась?