Толпа зашумела. «Он встал, встал!» — чей-то ликующий вскрик; потом -"Дай ему, Рат!" — и сразу же — «Рахи! Рахи! Рахи!»

Боль. Боже милостивый, какая боль! Этот рыжий ударил его? Потому так больно? Внезапно ярость захлестнула Блейда, пресекая все попытки вспомнить, понять. Сейчас это казалось неважным; ненавистное лицо с клочковатой бородой маячило перед ним, и там, на шее, под завесой рыжих волос была точка, приковавшая его взгляд Он свирепо дернул ремень на правом запястье, смотал с пальцев длинную полоску кожи — металлические бляшки густо усеивали ее — и уронил на палубу Рыжий противник оскалил зубы в презрительной ухмылке. «Смотри! Сдается! Рахи сдается!» — долетел потрясенный шепот.

Он ринулся вперед в стремительном прыжке, отработанном годами тренировок и сотнями поединков, сжав пальцы и вскинув руку в едином слитном движении, которое ни боль, ни растерянность, ни странное ощущение чужеродного тела не могли вычеркнуть из памяти. Там, под челюстью, нервный узел… один точный, рассчитанный удар — хватит вполсилы — и эта груда рыжего мяса больше не будет смеяться над ним!

Ребро ладони опустилось на толстую шею, и рыжий покачнулся, выпучив глаза и хватая ртом воздух. Блейд, ошеломленный, стоял перед ним, разглядывая руки. Он сошел с ума или его конечности стали на пару дюймов длиннее? Он же метил совсем не туда… в горло, в горло! Дьявольщина!

Рыжий сжал кулаки, набычился и шагнул вперед. Небо и море взорвались перед глазами Ричарда Блейда.

Застонав, он поднял веки. Головная боль прошла, сменившись вязким туманом, окутавшим сознание словно полупрозрачная газовая фата. Ричард Блейд облизнул пересохшие губы, снова прикрыл глаза и приступил к ревизии.

Блейд, Дик Блейд… Да, это его имя. Блейд, кролик номер один профессора Лейтона… Значит, его опять запихнули в проклятую машину! Так… Куда же он попал на этот раз? Впрочем, неважно; все выяснится со временем.