Инга только шумно дышала, как собака в наморднике, и испуганно пялилась на меня, даже не пытаясь хоть чем-нибудь оправдать свою позорную попытку удрать.

- Ну хороша, хороша, ничего не скажешь. - Я стала ее стыдить, постепенно входя в раж. - Подсунула мне труп, а я, мол, ни при чем! Я, между прочим, могла бы сразу милицию вызвать, и ты бы уже давала показания какому-нибудь доброму оперу, зачем и почему убила своего полюбовника.

- Я? Убила? - очухалась Инга. - Да с какой стати!

- Тебе виднее! - После того как она дала деру с места происшествия, у меня пропало всякое желание щадить ее нежные чувства. - Он же твой любовник, а не мой.

Инга обиженно засопела и насупилась.

- Ну раз так... А может, это ты его убила? Ведь, когда я уходила, он был жив-здоров!

- Ну ты и змея! - поразилась я, а про себя подумала, что в наглом Ингином заявлении есть определенный резон. Как там говорят в закрученных американских детективах: мое слово против твоего? Применительно к нашему случаю, Ингино против моего. Интересно, что на это скажет добрый опер, которого я, кажется, уже поминала всуе?

Не знаю, сколько мы стояли, уставившись друг на дружку, и молчали. Я взвешивала свои шансы, Инга - свои. Первой заговорила Инга.

- Что ты собираешься делать? - спросила она.

- Не знаю, - честно призналась я. - Раньше знала, а теперь не знаю. Раньше я думала, что мы подруги и можем доверять друг другу, но после того, что ты сказала...

- А что я сказала? - взвилась Инга. - Ты первая начала. Заявила, что я его убила, а я его не убивала!

- Я тоже! - Слезы обиды готовы были брызнуть из моих глаз. - Зачем бы я его убила, если его совершенно не знала? Никогда не видела вообще!

- А я о чем? - подхватила Инга. - Я и пытаюсь тебе объяснить, что мы с тобой в одном положении - дурацком! Нужно эту проблему решать, а не обмениваться обвинениями.