Изо всей силы он нажал на оба выступа.

Над ним что-то мелькнуло. Второв инстинктивно пригнулся к "земле".

Полная тишина...

Он поднял голову.

Двери не было!

На месте металлического пятиугольника он увидел что-то бледно-голубое, казавшееся прозрачным. Точно газовая пленка заменила металл.

Мельников, Князев и все, кто находился на звездолете, услышали отчаянный, как им показалось, крик Второва:

- Свет! Свет!

Теперь он видел! Видел ясно!..

Это "что-то" не было пленкой голубого газа! Перед ним находилось пятиугольное отверстие, из которого откуда-то из недр космического корабля исходил слабый, но несомненный свет. Тусклые блики его легли на стволы деревьев, на металлическую поверхность трубы!..

Свет!.. Что же это?.. Разве может какой бы то ни было искусственный источник света просуществовать тысячи лет?..

Второв стоял и смотрел, не отвечая на градом сыпавшиеся на него вопросы товарищей.

Он пришел в себя, почувствовав прикосновение к плечу. Рядом был Мельников.

Борис Николаевич, не отрываясь, смотрел вверх на таинственный и непонятный свет, бессознательно сжимая все сильнее плечо Второва.

- Что это? - прошептал он. - Откуда?

- Не знаю, - машинально ответил Второв.

- Неужели не знаете? - послышался насмешливый голос Пайчадзе. - Скажите хотя бы, что вы видите.

- Свет!

- И что же?

Мельников перевел дыхание и рассказал о непонятном явлении. Долго никто не отвечал ему. Наконец они услышали, как Белопольский произнес:

- Несомненно...

И снова молчание.

- Ну что ж! - сказал Мельников. - Дверь открыта. Войдем!

Всего можно было ожидать, самого неожиданного, самого внезапного на давно "умершем" корабле с неведомой планеты, но только не света - спутника жизни! Это было более чем непонятно, - это походило на чудо!