— Ой-ей-ей! — вслух сказал Лиза и завертела головой, осматриваясь вокруг. — Что это мне снится?

Лиза очутилась на пустынном перекрестке двух улочек, вымощенных пестрым булыжником и плотно застроенных очень странными домами с маленькими окошками и черепичными крышами. Улочки были такие узенькие, что в них вряд ли смогли бы разминуться два автомобиля — если здесь вообще когда-нибудь ездили автомобили. Одна улочка поднималась круто вверх и сворачивала неизвестно куда, другая, наоборот, резко убегала вниз и тоже куда-то сворачивала.

«Ничего себе сон… — озадаченно подумала Лиза. — А может, это не сон?» На всякий случай она ущипнула себя за руку, но пестрые домики вокруг никуда не делись. Тогда Лиза огляделась по сторонам, крадучись подошла к ближайшему из них и осторожно потрогала стену, сложенную из грубо обтесанного камня.

Стена была твердая, холодная и совершенно настоящая! «Точно, не сон! — потрясенно поняла Лиза и с удвоенной скоростью заозиралась вокруг. — Куда это я попала?» Странный мир и не думал исчезать. «Интересно, почему это там — полнолуние, а здесь — день?» — удивилась Лиза. Одновременно она пожалела, что у нее нет по крайней мере восьми пар глаз, причем желательно над ушами и на затылке, потому что смотреть хотелось во все стороны сразу. Она вертелась, как флюгер, и даже забыла закрыть рот. Булыжник под ногами блестел, как рыбья чешуя, солнечный свет играл на деревянных ставнях и кованых вывесках, каждая дверная ручка, каждое крыльцо было украшено затейливыми узорами, а над черепичными крышами виднелись очертания других домов: шпили и башенки, флюгера и флаги, а за ними еще и еще…

«Ну что же, — сказала себе Лиза, — не буду же я стоять здесь весь день! Направо пойти или налево?» И тут до ее ушей донесся скрип колес, и не успела Лиза принять решение, как из-за поворота улочки показалась покачивающаяся телега, нагруженная овощами и запряженная парой крепких лошадок. Бока телеги едва не касались стен, и Лизе пришлось проворно взбежать на какое-то крылечко.