– Что еще отключено? – спросила Кассандра и удивилась своему спокойному тону.

– Все, – ответил Игорь. – Пассажирский и грузовой лифты заросли уже даже. И главное, никто не знает почему… Откуда взялась эта дикая ложь про метеорит, про нашу гибель?

Он положил четыре паллеты с лекарствами на стол, рядом с Хрустальным Цветком, где их легко можно было найти.

– Я знаю, – ответила Кассандра неловко.

– Расскажешь по дороге, – кивнул Игорь. – И еще. Стогов просил узнать у тебя – ты получила пистолеты?

– Да, – ответила Кассандра. – Я разбила запрос на несколько партий, чтобы это не казалось подозрительным. Вчера пришла последняя. А потом я, как мы со Стоговым и договаривались…

Она замолчала. Игорь задумчиво посмотрел на нее, но на продолжении настаивать не стал. Он знал, что все равно его услышит чуть позже. Но было ясно, что при детях эту проблему Кассандра обсуждать не будет. Она поцеловала Леона и Лукаса и вместе с Игорем покинула свою жилую ячейку.

Тьма уже не была беспросветной. В ней плыло множество алых, голубых и желтых огоньков. Пение прекратилось. Люди Ингрид покинули промышленный сектор и теперь, наверное, уже расходились по домам.

Роберт Ансон и Алексей Коренев, Куратор третьего внутреннего слоя отсеков «Нового Рассвета», стояли у лифта. Они наблюдали за погрузкой оборудования, необходимого для укрепления и ремонта Стены отсека Палау. Грузовой лифт вмещал, при правильном использовании пространства, до пяти тонн веса. И Роберт был намерен использовать каждый кубический сантиметр.

– Мне так жаль жителей Тонга, – сказал Роберт. – Подумать только – какой-то кусок космического хлама, и столько человек погибло.

Алексей Коренев понимающе улыбнулся.

– Да, космос опасен, – ответил он. – Когда вы вернетесь, Ансон, я думаю поставить вас Старшим Нервожилом Висконсина.