— Хм, — недоверчиво хмыкнул рыцарь.

— Вот только обидно бывает, когда вся правда достается нам с потом и кровью. Так редко выпадает счастье разговаривать с честным человеком!

Пауза в разговоре как будто вынуждала что-то сказать, как-то подтвердить честность. Ну-ну… Специалист, сразу видно.

— Так все-таки, что вы, рыцарь, делали у горшечника?

— За мной следили? — надменно приподнялась вверх правая бровь, углы рта чуть опустились.

— Да какой смысл за вами следить? Вы же такой весь из себя честный и прямой, как буйвол какой-нибудь. Только прямо, только вперед, не оглядываясь, да еще и с шумом. Тут хочешь, не хочешь, а услышишь и увидишь. Мы тут даже поспорили, что вы ответите: мой помощник предположил, что у вас там просто небольшая интрижка…

Рыцарь молчал, не подтверждая и не отрицая.

— Другой заявил, что тут наверняка кроется какая-то государственная измена. Ну, он у нас всегда во всем видит измену.

Рыцарь молчал,

— А я вот решил просто поговорить с вами. Не гадать, а просто и прямо спросить. Итак, что вы делали у горшечника? Рыцарь и горшечник — странное сочетание, не находите?

— Чего же странного, — медленно вытолкнул слова рыцарь. — Мы старые боевые товарищи.

— Вот видите! Вот все сразу и разъяснилось! А эти-то, помощники мои — чего только не придумают! Измена, измена… Не такая, так этакая. Все бы им измену искать.

— Ну-у, с изменой тоже бороться надо. Так что я даже понимаю их, как мне кажется. Ну, в общем, не сержусь я на них…

— И это просто великолепно! Еще бы вы сердились! Это скорее нам надо сердиться — столько с вами проблем. Вот не было вас — не было проблем. А приехали — тут все проблемы сразу и посыпались нам на голову. А если король узнает? Нет, он узнает, конечно. Король знает все. Но — в свое время.

— И это время назначаете вы? — усмехнулся рыцарь.

— И это время определяю я. Назначить я не могу. Назначает король. А вот определить время, когда нужно спросить, и кому нужно ответить — это уже я.