В такую погоду только и болеть, огорченно подумал Петька и отвернулся к стене. Конец апреля, а на улице почти ноябрь. Холодно, мокро, серо. Но зато не так обидно… Привязалась проклятущая ангина… Горло уже не болит, а температура почему-то еще держится. Это мешает, а то можно было бы даже понаслаждаться болезнью — лежишь себе, на столике стоит здоровенная кружка с клюквенным морсом, хочешь, смотри телик или видак, хочешь, читай — папа принес еще три романа Незнанского. Правда, в последнее время они уже не такие интересные, но все-таки любимый герой Александр Турецкий по-прежнему совершает свои подвиги… Но с температурой ничего этого не хочется… «Хорошо, что у нас сейчас нет никакого расследования, а то бы я совсем извелся», — подумал Петька и снова уснул.

Проснулся он оттого, что в квартире кто-то был. Странно, кто бы это?

Эй, кто там? — крикнул он.

Петечка, это я! — услышал он голос бабушки Марии Львовны.

Баба Маня, ты? — обрадовался Петька.

Да, Петечка, я!

Что ты там делаешь, иди сюда!

Да я вот… Сейчас приду!

Петька услыхал, что она прошла в ванную, там включила воду. Но вскоре появилась, пряча глаза.

— Баба Маня, ты что? — перепугался Петька.

Вид у Марии Львовны был вконец несчастный.

Ты плакала? Что-нибудь с бабусей? — перепугался Петька.

Да нет, Петечка, это так, ерунда…

Баба Маня, не делай из меня дурака! Что, я тебя не знаю? Ты из-за пустяков плакать не станешь!

Полторы тысячи — это, Петечка, совсем не пустяк!

Какие полторы тысячи?

У меня в сумке было полторы тысячи, мне долг отдали…

И ты их потеряла?

Можно сказать и так!

У тебя их украли?

Ну не то чтобы… Но, в общем, да, украли.