- Я понял, что не так. Это не должны быть присоски, - сказал он. - Вернее, не все из них - присоски. У тех, что покрупнее, края будут острые, словно бритва, чтобы спрут мог выгрызать ими страшные дыры в любой органике. Вот тогда у нас получится настоящий боец.

- На сколько они должны выступать? - деловито спросил Ариэль.

- На два пальца.

- Он сам-то о них не порежется?

- Они будут втяжные, слово кошачьи когти. Все, натура нам с тобой больше не нужна.

- Так я отменю заказ?

- Отменяй, конечно. Ну-ка, что мы тут имеем?..

Просперо взял зажим и зонд, опять засвистел. Осьминог отозвался - кратко и недовольно.

- Ну, потерпи, потерпи, - сказал чудищу Ариэль. - Чем будем закреплять режущую кромку, учитель?

- Что там у нас есть кремниевого? Это будет самозатачивающаяся кромка, отрастающая при травмах заново… И тогда можно будет снизить массу по крайней мере на двадцать процентов. Тварь станет гораздо подвижнее…

Они взялись за работу, успокаивая осьминога свистом и тихо переговариваясь. Через два часа на каждом щупальце была задуманная боевая дыра - с виду присоска, а на самом деле пасть, способная выхватывать круглые куски живой вражеской плоти.

- Его нужно снабдить запасом капсул, - вдруг додумался Про-сперо. - Кто его разберет, чем он там будет питаться. А для кромок нужен стройматериал.

Ариэль высвистел фразу, осьминог ответил целым монологом.

- Тем лучше, - согласился с чудищем Просперо. - Хотя я не уверен, что он понял тебя правильно. Придется на прощание научить его пользоваться таблицей Менделеева.

- Он справится, учитель. Память у него лучше, чем у нас с вами.

- Одного не понимаю - зачем ему там такая замечательная память?

- Не отнимать же. Так я спускаю его в бассейн?

- Да, конечно. Щитки мы пристегнем потом. Их надо переделать немного - ты объясни оружейнику про режущие кромки. И щупальца станут другими… понял - лентообразными!