Но я все время спрашиваю себя: что дальше? История нам не поможет. Эволюция тоже. Хартия К-Ц гласит: „Понимай и уважай Вселенную». Но как? В каком масштабе? Какими чувствами, каким разумом? Мы можем стать кем угодно, и это бесконечное множество вероятностей дает иное представление о Галактике. Сможем ли мы исследовать ее так, чтобы не потеряться самим? У людей из плоти были разные фантазии о пришельцах из космоса, которые прилетали на Землю с целью „завоевать» ее, украсть наши бесценные ресурсы, стереть все из боязни „конкуренции»… словно вид, способный пересечь межзвездное пространство, не обладал достаточной силой, умом и воображением, чтобы освободиться от устаревших потребностей. „Завоевание Галактики» — это задача для бактерий, дорвавшихся до космических кораблей, только они не смогли бы придумать ничего лучшего, не имели бы иного выбора.

Наше положение прямо противоположно этому — перед нами бесконечные возможности выбора. Вот почему нам так необходимо найти иные формы жизни, а не только для того, чтобы стряхнуть с себя чары антропокосмологии. Мы должны обнаружить существ, которым приходилось сталкиваться с такими же сложностями, и выяснить, что решили они: как быть дальше, кем стать. Нам необходимо понять, что значит жить во Вселенной».

Паоло наблюдал за размытыми нейтринными изображениями ковров — они рывками перемещались по комнате-двенадцатиграннику. Двадцать четыре только что разъединившихся образца вытянутой формы с неровными краями. Моделирование показывало, что такое деление было вызвано лишь силой океанских течений и наступало тогда, когда родительская особь достигала критических размеров. Чисто механический разрыв колонии (если это были колонии), возможно, ничего общего не имел с жизненным циклом составлявших ее организмов. Очень жаль. Паоло привык, что по любому интересующему его вопросу он мог получить бесконечное количество данных; было абсолютно невыносимо, что великое открытие диаспоры представлено всего лишь несколькими неудачными монохромными снимками.